С 1 по 4 сентября 2026 года в «Цифровом деловом пространстве» в Москве пройдет форум «Инновационная онкология». Это событие станет площадкой для столкновения мнений, анализа сложнейших клинических случаев и обсуждения технологий, которые уже завтра могут изменить стандарты лечения.

О том, почему данные реальной практики в России могут отличаться от международных исследований, как «зумеры» спорят с «миллениалами» и почему качественная МРТ остается «краеугольным камнем» успеха, рассказал Алексей Александрович Трякин, доктор медицинских наук, заместитель директора по научной работе НИИ клинической онкологии НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина.  

Алексей Александрович, одна из сессий форума посвящена сравнению международных исследований и данных реальной клинической практики (RWE). Почему этот вопрос сейчас стоит так остро?

Мы планируем представить один из самых масштабных в России опытов лекарственной терапии нерезектабельных метастазов колоректального рака (КРР) в печени. Важно понимать: то, что блестяще работает в рамках строго отобранных групп в международных центрах, может «дать сбой», когда мы переносим это в нашу реальную практику.

Возьмем, к примеру, тактику Watch & Wait при раке прямой кишки. Раньше стандартом была операция, часто приводящая к пожизненной стоме и резкому снижению качества жизни. Сегодня мы понимаем, что после химиолучевой терапии у части пациентов достигается полный клинический ответ, и их можно просто наблюдать. Но эта «простота» — лишь надводная часть айсберга.

В чем заключаются сложности этой тактики?

Краеугольный камень здесь — качественная диагностика. Специалистов по МРТ, способных безупречно стадировать опухоль и оценивать ответ на лечение, не так уж много. Рентгенолог не может работать «в чистом поле», ему нужен постоянный фидбек от опытных проктологов, чтобы его грамотность росла. Без экспертной интерпретации МРТ методика Watch & Wait может быть слишком рискованной. Именно поэтому в наших рекомендациях прописано: оставлять пациента под наблюдением можно только в клиниках с большим опытом. На форуме мы обсудим данные российской базы данных, которую ведут Центр Блохина и ряд других клиник. 

На сессии «Технологии, меняющие онкологию» заявлены разнообразные методики. Действительно ли все они применимы в широкой практике?

Эта сессия проводится совместно с НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова. Коллеги представят уникальную для страны технологию изолированной химиоперфузии легких при метастазах, а также поделятся результатами в области клеточных технологий и молекулярной диагностики.

Будут и крайне практические вопросы. Например, доклад Евгения Владимировича Загайнова об «исчезнувших» метастазах в печени. После эффективной химиотерапии метастазы могут пропасть с экранов мониторов, что радует химиотерапевта, но создает огромную «головную боль» для хирурга. Нужно ли их удалять? Как их пометить заранее, чтобы найти интраоперационно? Это сложнейшая категория пациентов.

Будете ли вы говорить о роли иммунотерапии при колоректальном раке с микросателлитной нестабильностью (MSI). Насколько эта тема актуальна сегодня?

Это направление стремительно растет. Опухоли с микросателлитной нестабильностью (MSI) составляют около 10–15% среди локализованных форм КРР — это тысячи пациентов в год. Мы наконец прописали обязательность теста на MSI в клинических рекомендациях для всех стадий. Теперь задача — ускорить само тестирование. Пациент не должен ждать 3-4 недели, пока придет результат, вместо того чтобы получить радикальное лечение. Важно, чтобы и хирурги, и онкологи «перестроили голову» и принимали решения, исходя из биологии опухоли.

На форуме пройдет сессия в формате «Миллениалы против Зумеров». В чем суть конфликта поколений в лечении опухолей ЖКТ?

Это будет серия дискуссий, где молодые специалисты («зумеры») с горящими глазами выступят за самые агрессивные инновации, а более опытные коллеги («миллениалы») аргументированно призовут молодых коллег к взвешенности.

Например, обсудим неоадъювантную иммунотерапию при MSI. Да, у двух из трех больных опухоль может исчезнуть полностью. Но как это предсказать? Часто на ПЭТ-КТ мы видим остаточный объем, удаляем его, а там — лишь фиброз, ни одной живой клетки. С другой стороны, используя КТ для стадирования, мы часто ошибаемся и «перелечиваем» пациентов: лимфоузлы могут быть увеличены из-за воспаления, а не метастазов. В итоге 25% пациентов получают дорогое и потенциально токсичное лечение, которое им было не нужно.

Будут ли затронуты вопросы стоимости и токсичности лечения?

Обязательно. Например, в дискуссии о метастатическом раке мы рассмотрим два подхода: двойная иммунотерапия против монотерапии. Комбинация препаратов эффективнее, но она значительно дороже и намного токсичнее. А ведь наши пациенты часто либо очень молодые, либо очень пожилые (75–80 лет). У каждого четвертого на двойной терапии возникают серьезные нежелательные явления. Нужно ли это усиление всем? Это и обсудим.

Также разберем нашумевшее исследование Matterhorn по раку желудка. Оно показало выигрыш от добавления иммунотерапии к стандартному лечению до и после операции. Но есть нюансы: в исследовании иммунотерапия дается год, а нужно ли так долго? В международных данных есть противоречия: работают ли эти препараты только при высоком уровне PD-L1 или у всех? Главная ценность форума не в пересказе опубликованных статей, а в том, чтобы понять, как имплементировать эти данные в нашу ежедневную работу, не доверяя слепо авторитетам.

Ждем всех на форуме «Инновационная онкология»! 

Ознакомиться с программой и пройти регистрацию можно по ссылке